Эвелин Халим: Создание художественной коллекции через знания
Эвелин Халим не начинала собирать современное искусство с тщательно продуманной стратегии.
Её интерес возник во время учёбы в Лондоне.
Музеи стали частью повседневной жизни. Она посещала выставки с друзьями и постепенно развивала любопытство к искусству за пределами учебной аудитории.
Когда Халим вернулась в Джакарту, она начала посещать галереи и покупать работы, которые привлекали её визуально.
Сначала главным критерием была эстетика.
Ей нравилась работа — она её покупала.
Только позже коллекционирование стало чем-то более глубоким.
Встреча с опытным коллекционером полностью изменила её подход к искусству.
Её наставник познакомил её с книгами, художниками, движениями и интеллектуальной историей современной практики.
С этого момента коллекционирование стало формой учёбы.
Сегодня коллекция Халим сочетает индонезийское современное искусство с международными практиками, связанными с миграцией, звуком, данными, инсталляциями и концептуальными исследованиями.
Её история показывает, что коллекционирование не обязательно должно начинаться с экспертных знаний.
Экспертизу можно развить через любопытство.
Музеи Лондона дали начало
Первые серьёзные встречи Халим с искусством произошли во время её студенческих лет в Лондоне.
Город предоставлял доступ к крупным музеям, галереям и временным выставкам.
Эти посещения постепенно тренировали её взгляд.
Однако смотреть на искусство и понимать современное искусство — не одно и то же.
Когда позже она начала покупать работы в Джакарте, Халим всё ещё в первую очередь реагировала на визуальное притяжение.
Многие коллекционеры начинают именно так.
Картина сочетается с интерьером.
Скульптура вызывает эмоциональный отклик.
Фотография кажется красивой.
В этом нет ничего плохого.
Трудности возникают, когда коллекционер хочет, чтобы коллекция развивалась не только как украшение.
На этом этапе одной визуальной симпатии может уже быть недостаточно.
Наставник коллекционера изменил всё
Переломный момент наступил, когда Халим встретила другого коллекционера, ставшего её наставником.
Он познакомил её с книгами по современному искусству.
Чтение стало важной частью её процесса коллекционирования.
Она начала проводить выходные, изучая художников и идеи.
Эффект был мгновенным.
Вместо того чтобы смотреть только на внешний вид произведения, она начала спрашивать, зачем оно было создано.
На какую историю отвечал художник?
Какие политические, социальные или культурные идеи сформировали работу?
Как художник соотносится с более ранними практиками?
Это новое знание изменило способ выбора приобретений Халим.
Она разработала особенно интересный метод.
После прочтения книги она иногда ищет произведение, связанное с изученными идеями.
Приобретение становится физическим продолжением учёбы.
Чтение может создать стратегию коллекционирования
Коллекционеры часто спрашивают, как развить вкус.
Один из ответов — просто смотреть больше искусства.
Халим добавляет ещё один: читать.
Книги замедляют процесс коллекционирования.
Арт-ярмарка может представить сотни работ за один день.
Instagram — тысячи.
Книга позволяет коллекционеру оставаться с одним художником, движением или идеей часами.
Чтение может раскрыть связи, невидимые в галерейном стенде.
Произведение, связанное с миграцией, может быть связано с колониальной историей.
Звуковая инсталляция может принадлежать гораздо более длинной истории экспериментальной музыки.
Современное индонезийское произведение может отвечать на события, незнакомые международному зрителю.
Знания не заменяют эмоциональный отклик.
Они дают этому отклику контекст.
Индонезийское современное искусство — центральная часть коллекции
Халим приобрела значительное количество работ индонезийских современных художников.
Это отражает не только национальность.
В Индонезии существует большая и разнообразная художественная среда, но сравнительно ограниченная инфраструктура публичных музеев.
Для Халим частное коллекционирование может способствовать сохранению.
Важные работы иначе могли бы исчезнуть в международных коллекциях или остаться плохо задокументированными.
Частный коллекционер не может заменить музей.
Однако ответственные коллекционеры могут сохранять работы, вести учёт, предоставлять их для выставок и поддерживать художников, пока учреждения продолжают развиваться.
Это создаёт культурную ответственность.
Покупка местного искусства становится больше, чем поддержкой рынка.
Это часть сохранения художественной истории страны.
Тинтин Вулиа и искусство о миграции
Одним из индонезийских художников, за которыми Халим внимательно следит, является Тинтин Вулиа.
Практика Вулиа часто принимает форму инсталляций, видео и исследовательских проектов.
Её работы исследуют глобализацию, границы, гражданство и миграцию.
Эти темы особенно актуальны в мире, где люди, деньги и информация перемещаются международно, а политические границы остаются значимыми.
Для коллекционера исследовательское инсталляционное искусство требует другого типа вовлечения, чем покупка картины.
Работа может включать несколько физических элементов.
Может требоваться видеооборудование, инструкции или особые условия установки.
Понимание концепции крайне важно, поскольку произведение может не полностью содержаться в одном объекте.
Лоуренс Абу Хамдан и политика звука
Халим заинтересовалась Лоуренсом Абу Хамданом после знакомства с работами, связанными с его расследованием тюрьмы Сайдная в Сирии.
Абу Хамдан развил практику, сосредоточенную на звуке, свидетельствах, слушании и политических доказательствах.
Его проекты исследуют, что люди помнят из услышанного, как звук может служить доказательством и как архитектуру можно воссоздать через память.
Такая работа ставит под вопрос традиционные представления о содержании художественной коллекции.
Коллекционер может приобретать звуковые файлы, видео, документы и инструкции по установке вместо традиционной картины.
Это расширяет роль коллекционирования.
Произведение может требовать активного слушания, а не только визуального созерцания.
Рёдзи Икеда превращает данные в звук
Другим художником, которого изучала Халим, является Рёдзи Икеда.
Икеда работает со звуком, математикой, данными и цифровыми системами.
Его инсталляции могут преобразовывать огромные объёмы информации в интенсивные визуальные и аудиовпечатления.
Халим впервые познакомилась с его работами через чтение о звуковом искусстве.
Это идеальный пример того, как исследование может задать направление коллекционирования.
Без базовых знаний звуковая инсталляция может показаться сложной или недоступной.
Понимание её связи с музыкой, математикой и цифровой культурой может полностью изменить восприятие.
Коллекционерам, заинтересованным в таких работах, нужно учитывать техническое сохранение.
Файлы, программное обеспечение и оборудование для воспроизведения со временем могут потребовать обновления.
Мечта о владении Раденом Салехом
Одним из художников, которого Халим особенно трудно приобрести, остаётся Раден Салех.
Родившийся в 1811 году, Раден Салех широко признан одним из важнейших ранних современных художников в истории Индонезии.
Его картины сочетают европейские романтические традиции с темами, связанными с Индонезией и колониальным обществом.
Крупные работы редки.
Цены резко выросли.
Для Халим приобретение Радена Салеха стало бы как исключительной культурной возможностью, так и личной роскошью.
Это желание иллюстрирует важную часть коллекционирования.
Каждый серьёзный коллекционер рано или поздно формирует список работ, которые могут быть финансово недоступны или почти невозможны для приобретения.
Наличие такого списка полезно.
Он показывает, где лежат самые глубокие интересы коллекционера.
Халим перевела коллекцию в собственный дом
Некоторое время Халим выставляла произведения искусства в своём офисе.
Позже она перевела коллекцию в дом, который семья больше не использовала.
Объединение работ изменило восприятие.
Вместо того чтобы встречать отдельные произведения в разных местах, она могла видеть связи между ними.
Она начала проводить значительное время в доме, расставляя и переставляя произведения.
Кураторство стало частью коллекционирования.
Расположение одной работы рядом с другой может изменить обе.
Видео может вступить в диалог с картиной.
Индонезийское произведение может выглядеть иначе рядом с международным художником.
Коллекционер становится куратором частной выставки, которая никогда не бывает полностью завершена.
Частная коллекция может стать социальным пространством
Халим иногда приглашает друзей в дом коллекции.
Они вместе едят и смотрят искусство.
Это превращает коллекцию из частного накопления в социальную среду.
Для Халим произведения становятся более живыми, когда люди взаимодействуют с ними.
Художники создают работы, потому что хотят общаться.
Картина, навсегда спрятанная на хранении, не может полностью выполнять эту функцию.
Это не значит, что каждый коллекционер должен открывать музей.
Небольшие встречи, посещения студий и частные туры тоже могут создавать культурный обмен.
Абигейл Хаким и Вию Вахоно
Многие из близких дружеских связей Халим сложились через искусство.
В её кругу коллекционеров — Абигейл Хаким и Вию Вахоно.
Три коллекционера регулярно встречаются и обмениваются идеями.
Сообщества коллекционеров могут оказывать огромное влияние.
Участники знакомят друг друга с художниками, выставками и галереями.
Обсуждают ошибки и возможности.
Могут также сотрудничать над заказами.
Такой тип сети особенно важен на рынках, где публичные музеи и институциональные структуры остаются ограниченными.
Частные коллекционеры могут создавать собственные системы образования и обмена.
Domus Anguillae: произведение искусства под водой
Один из самых необычных совместных проектов Халим был создан с Абигейл Хаким и Вию Вахоно.
Вместе они заказали индонезийскому художнику и скульптору Тегуху Остенрику создание Domus Anguillae, или Дом угрей, в 2022 году.
Скульптура была установлена на морском дне у северного побережья Бали.
Со временем кораллы начали расти по структуре.
Рыбы и другая морская жизнь начали использовать её.
Таким образом произведение стало частью скульптуры, частью экологической интервенции и частью искусственной среды обитания.
Оно продолжает изменяться без контроля коллекционера.
Это кардинально отличается от владения статичной картиной.
Окружающая среда становится соавтором.
Коллекционирование может влиять на друзей и семью
Муж Халим стал всё больше интересоваться искусством благодаря их совместному опыту.
Теперь он любит музеи и выставки и стал одним из её партнёров в искусстве.
Другие друзья и члены семьи не всегда сразу были убеждены.
Некоторые изначально сомневались в современных работах в её коллекции.
После разговоров и повторного знакомства их отношение изменилось.
Это ещё одна форма культурного воздействия.
Коллекционер может познакомить с искусством людей, которые вряд ли самостоятельно посетили бы современную галерею.
Коллекция становится образовательной без необходимости функционировать как формальное учреждение.
Ошибки — часть обучения
Халим не жалеет о допущенных ошибках в процессе коллекционирования.
Это важно.
Новые коллекционеры часто парализованы страхом купить неправильную работу.
В каждой серьёзной коллекции есть решения, которые владелец спустя годы принял бы иначе.
Вкус развивается.
Знания растут.
Рынки меняются.
Цель не в том, чтобы избегать каждой ошибки.
Цель — учиться на них.
Коллекционер, который никогда не меняет мнение, возможно, вовсе не развивается.
Современное искусство должно отражать своё время
Халим считает, что современное искусство должно передавать идеи и разные точки зрения.
Мир меняется постоянно.
Художники отвечают на эти изменения.
Коллекция должна оставаться гибкой.
Новые технологии, политические движения, миграция, изменение климата и социальные трансформации могут влиять на художественную практику.
Коллекционер должен продолжать учиться, чтобы коллекция оставалась связанной с настоящим.
Это не значит гнаться за каждой модой.
Это значит сохранять достаточно любопытства, чтобы распознавать, когда что-то действительно важное меняется.
Редакционная заметка
ArtExpoWorld считает, что Эвелин Халим предлагает одну из самых здоровых моделей становления серьёзным коллекционером.
Она не притворялась, что сразу понимает современное искусство.
Она начала с эстетического притяжения, нашла наставника, много читала и позволила своему вкусу развиваться.
Этот процесс важен.
Арт-рынок иногда побуждает новых покупателей вести себя так, будто экспертизу можно купить вместе с произведением.
Это невозможно.
Знания требуют времени.
Решение Халим напрямую связывать чтение с коллекционированием особенно ценно, потому что превращает приобретение в форму интеллектуального вовлечения.
Её поддержка индонезийских художников также значительна.
В странах с ограниченной музейной инфраструктурой серьёзные частные коллекционеры могут помочь сохранить художественные истории, которые иначе могли бы рассеяться.
Цель не в том, чтобы заменить государственные учреждения.
Цель — помочь построить вокруг них культурную экосистему.